На свадьбе все звенит от веселья: пьют за молодых, желают им любви, как у голубков. Но вдруг кто-то разбивает чарку. Хотя гости утешают — мол, это к счастью, — у невесты и жениха уже нависла тревога. Шумная музыка, которая должна радовать, для кого-то из гостей становится пыткой, режет по сердцу.
И оказывается, что настоящее горе — не разбитый стеклянный бокал, а разбитое от тоски чье-то сердце. Но его тихую катастрофу никто не замечает и не спешит объявить добрым предзнаменованием. В этом контрасте — между всеобщим шумным ритуалом и личным, невидимым страданием — и заключается главная боль стихотворения. Оно о том, как человек может быть одинок в самой гуще праздника, а его душевная рана останется без внимания и утешения.